Воспоминания Николая Мисюрова | Обретенная память

Воспоминания Николая Мисюрова

Николай Стефанович Мисюров в молодости
Николай Стефанович в молодости

Сегодня ночью — 27 января 2021 года — Николай Стефанович Мисюров умер в госпитале в Чернянке. Светлая память мужу, отцу и дедушке: мы всегда будем тебя помнить.

В конце ноября 2020 года я, Андрей Самохоткин, поговорил со своим дедушкой, Николаем Стефановичем Мисюровым, который проживал в городе Валуйки и был уроженцем хутора Ромашовка Валуйского района.

Николай Стефанович родился в 1946 году. Он происходил из крестьянской семьи, издавна жившей в Валуйском районе. Как это часто бывает, память сохранила те события семейной истории Мисюровых, которые связаны скорее с войнами, чем с мирным временем. Дедушка Николая Стефановича по отцовской линии, Филипп Мисюров, участвовал в русско-японской и Первой мировой войнах и был пленен в 1915 году, а затем отправлен в лагерь Пуххайм около Мюнхена. Его дядя, Андрей Мисюров, был коммунистом, учителем немецкого языка, корреспондентом местной газеты и партизаном в ходе Второй мировой войны: он также попал в плен. После освобождения большевики интернировали Андрея Мисюрова в концлагерь, о чем он в дальнейшем не распространялся.

Николай Стефанович прожил долгую жизнь, которую нельзя назвать несчастной несмотря на выпавшие на его долю лишения. Он родился в многодетной семье и в детстве — в дождь и мороз — пешком ходил в шелаевскую школу, располагавшуюся в шести километрах от его хутора. Когда он впервые услышал радио, то остался заворожен им на всю последующую жизнь. Николай Стефанович часто рассказывал о тяжелом быте крестьянства, о бедности и жестокости, царившей в крестьянской семье. Он хотел выбраться из деревни и был рад, что ему удалось это сделать. Когда Николай Стефанович служил в советской армии в Грузии, он познакомился с Любовью Лукаш, на которой и женился. Впоследствии они переехали в Валуйки и воспитали двух дочерей и внуков.

Во время нашего разговора, который оказался последним, дедушка рассказал о некоторых аспектах коллективизации в Ромашовке, а также о голоде и о том, как в их хуторе восприняли смерть Сталина.

От коллективизации к оккупации

Вспоминая коллективизацию, Николай Стефанович, конечно, путал даты и детали, поскольку знал то время только по редким рассказам родителей. Так, он сообщил, что его дядя, Андрей Мисюров, вероятно, служил в НКВД в начале 30-х, но даже если он и служил там, то в те годы эта террористическая организация называлась ОГПУ, а не НКВД.

Когда Николай Стефанович упомянул, что его родители поехали на строительство Комсомольска-на-Амуре во время коллективизации и вместе с тем прожили там два года до начала войны, он также дал противоречивые неточные сведения, поскольку Комсомольск-на-Амуре активно «‎строили»‎ в 1930-1932 годы, а война началась в 1941 году. Скорее всего, его родители переехали туда в 1938-1939 годы.

Мой отец хоронил украинцев

Николаю Стефановичу запомнилось, как его папа рассказывал ему о голоде 1932-1933 годов (это свидетельствует о том, что Мисюровы уехали в Комсомольск-на-Амуре уже после коллективизации). Стефан Филиппович в то время работал трактористом на одной из многочисленных моторно-тракторных станций. Его заставляли хоронить людей, которые приходили в Россию из Украины в поисках хлеба и чьи трупы лежали на полях Валуйского района.

Смерть Сталина

В завершение нашего разговора, который, к сожалению, был таким коротким, я спросил дедушку, помнит ли он смерть Сталина, ведь ему тогда было уже шесть лет. Дедушка рассказал о реакции односельчан и своего отца на это событие.


Вернуться к карте