Письмо в редакцию | Обретенная память
Письмо в редакцию

Письмо в редакцию #

[«Валуйская народная земская газета», №9. — Воскресенье, 16 июля 1917, страница 4.]

[«Валуйская народная земская газета», №9. — Воскресенье, 16 июля 1917, страница 4.]

Г. Сиверс задел в письмах в редакцию “Валуйской Народной Земской Газеты” мое имя.

Считаю лишь нужным указать, что смотритель-инспектор элеватора, оскорбившись замечанием одного из членов комиссии, удалился из комнаты, где заседала комиссия, составлявшая акт осмотра и предполагавшая ознакомиться и с документами.

Без инспектора-смотрителя комиссия не могла этого сделать и принуждена была удалиться. В амбаре все-таки было обнаружено 52 пуда совершенной гнили из имения Паниной.

Элеватор здесь не причем, так как и он, вероятно, был бы поставлен в тупик: что делать с таким хлебом.

Благодарю Г. Сиверс за признание моей известности, но в ответ на указание его, что следовало бы выделять более добросовестных людей и на то, что осмотр был сделан поверхностно, скажу, что были осмотрены решительно все помещения элеватора, так что указание Сиверс фактически неверно.

Заваливая все учреждения своими жалобами на “обиды”, чинимые имению Паниной окрестными крестьянами, г. Сиверс рисует идиллическую картину жизни рабочих в имении.

Я лично с товарищем из Совета Солдатских Депутатов видел в имении избитого одним приказчиком мальчика-рабочего, ко мне подходили другие подростки с жалобами о побоях, двух больных я нашел в казарме без помощи, “так как фельдшерица уехала в город”.

Протест в Уездном Общественном Комитете был вынесен после детального обсуждения заявлений ряда лиц о порядках в имении Паниной. Вообще, усматривая в письмах Сиверса желание оградить свою доверительница и себя от нападков, я понимаю, что г. Сиверс предпринял поход против одного из наиболее, вероятно, ему ненавистных общественных работников.

Оставляя такой стратегический прием на совести г. Сиверс, я от дальнейшей полемики отказываюсь и если г. Сиверс будет продолжать нападки на меня, я принужден буду привлечь его к суду за клевету, так как безответственным оратором я никогда не был, всегда действовал коллегиально со своими товарищами по работе и в строгой зависимости от определенных решений.

Вместе с тем, выражаю уверенность, что Комиссии Совета Депутатов и Управления Уездного Общественного Комитета дадут в ближайшем будущем исчерпывающую справку по делу имения Паниной, что является их прямой обязанностью.

Михаил Ковнер