Статистическое описание в лесном отношении Валуйского уезда | Обретенная память
Статистическое описание в лесном отношении Валуйского уезда

Статистическое описание в лесном отношении Валуйского уезда #

[Современные вырубки леса к северу от Валуек. Вид из космоса. Снимок Google Maps]
Современные вырубки леса к северу от Валуек. Вид из космоса. Снимок Google Maps

Валуйский уезд Воронежской губернии лежит между 49° и 51° северной широты и 55° и 57° восточной долготы. Расстояние его от губернского города Воронежа — 190, от города Харькова — 90 верст. Заселен, около 1593 года, по Указу Царя и Великого Князя Федора Иоанновича, определенными на жительство казаками, стрельцами, пушкарями и ездоками, для защиты южных пределов Государства от набегов Татарских.

Край этот вполне удовлетворял своему назначению: непроходимые леса доставляли поселенцам все средства к обороне; и до сих пор еще разыскивают о засеках и рогатинах, которые устраивали жители для защиты своей.

В последствии времени, при постепенно размножающемся народонаселении, более и более сглаживался первобытный характер этой богатой страны, и в этом отношении вся невыгода пала на обширные леса ее.

Трудно согласить теперь с жалким состоянием малорослого, изреженного, почти кустарного леса, все ужасы преданий и рассказов о нем; хотя с другой стороны множество фактов подтверждают справедливость сохранившихся в памяти народа событий. Так например, недавно еще в 1 Казачьей Писцовой даче найдены были груды костей человеческих. Лет 40 назад одна женщина из села Солотей нашла в урочище Крутом большой казан, наполненный старинными серебряными деньгами; гораздо позже в другом урочище найден был большой серебряный крест. Вообще, следов прежней разбойничьей жизни в лесах чрезвычайно много, и сокровища, время от времени находимые в земле, породили множество рассказов о кладах. О некоторых холмах говорят крестьяне, что они издают из себя по ночам огонь. Кроме того, в народе слишком живы еще предания о несметном богатстве атамана Фомы Бучина, зарытом будто бы в Казачьей Писцовой даче, и о подвигах Селифонта Торопова. Многие урочища, целые дачи лесные носят еще и поныне имена обитавших в них предводителей шаек; иные замечательны по историческим преданиям, — например: говорят, что яруга Соколовка пожалована Царем Алексеем Михайловичем лихому атаману Соколу в награду за то, что он проводил его прямо через непроходимый лес в казачью землю; дачи Ланинская и Самаринская пожалованы лично Петром Великим, во время жительства его в этом краю, Казакам Ланину и Самарину, родоначальникам нынешней деревни Ланиной и села Самарина.

Климат Валуйского уезда имеет благодетельное влияние на растительность: роскошная флора его несравненно богаче флоры других уездов, лежащих севернее, ближе к Воронежу. Древесные породы начинают разверзаться и цвести с половины апреля, и хотя иногда случаются поздние весенние морозы (около половины мая), но они не сказывают ощутительно вредного влияния на растительность, повреждая только породы второстепенные, особенно ясень, который, однако, скоро оправляется.

Местоположение вообще чрезвычайно неровное, гористое, особенно под лесными дачами, в которых большая часть урочищ, нередко даже самых незначительных, пересечена множеством оврагов, во всевозможных направлениях; главнейшие яры ведут с северо-востока к реке Осколу, и с Юга к речке Казинке. Все пространства, лежащие вдоль левых берегов рек: Оскола, Валуя, Палатовни, Уразовой, Казинки, Ураевой и Сенной имеют положение ровное, низменное, большею частию водопоемное.

Почва представляет два резкие отличия: а., господствующая — глубокий слой чернозема, с большею или меньшею примесью мела, извести, глины и песка, на глинистой или чистомеловой подпочве, и в., представляющая господство глины, с незначительною только примесью песка и чернозема. Последняя распространена по низменным водопоемным местам, лежащим вдоль левых берегов вышеупомянутых рек; по мере отдаления от берегов этих низменных пространств и постепенного возвышения оных над поверхностью воды, почва эта более и более принимает характер, сходный с господствующею почвою. Местами она сильно заболотела. Господство мела в почве особенно резко выказывается близ рек: Оскола, Валуя и Палатовни, правые берега коих представляют огромные меловые массы, до 150 футов над водою, иногда только едва прикрытые черноземом, большею же частию вовсе не прикрытые им, но несмотря на то составляющие весьма хорошую почву для дуба и орешника, — двух господствующих здесь пород. Мел постепенно исчезает в почве, по мере удаления оной от правых берегов рек: Валуя, Оскола и Палатовни, уступая место другому элементу — глине, в незначительной примеси с которой входя в состав свежего, глубокого (до 1,5 аршина) чернозема, составляет превосходный грунт для всех вообще древесных пород. Местами почва эта сильно окрашена окисью железа и, сохраняя при том в большей или меньшей степени в себе сырость, составляет самый неудобный грунт и принимает название солонцов и мочаков. Такая почва занимает весьма значительные пространства в дачах 1-й и 2-й Казачьих Писцовых, Самаринской и Валуйченской. — Во всех вообще меловых кряжах попадается множество кремней и окаменелостей.

Степень полноты лесонасаждений в дачах весьма неодинакова: от насаждений совершенно полных до пространств почти безлесных встречаются повсеместно бесчисленные переходы. Дуб почти вовсе не составляет полных и чистых насаждений в здешнем крае, напротив, в смеси с орешником он образует довольно часто насаждения, имеющие полноту совершенную; орешник полноты насаждений достигает с 8 и 9 летнего возраста. Трудно одною цифрою определить общую полноту всех вообще лесных дач. И это тем труднее, что с одной стороны беспрестанно встречаются в них прогалины и поляны; неправильно вырубленные и потравленные скотом (иногда весьма значительные) пространства; множество земли, расчищенной и распаханной; целые селения, водворенные внутри дач; дороги, болота, безлесные рвы и овраги в дачах; с другой стороны — беспрестанные переходы лесонасаждений, от одной степени полноты к другой, разительное несходство в возрасте, лишают возможности точно и совершенно безошибочно определить общую степень полноты. Думаем, что выразив ее числом 0,6 немногим ошибемся.

По чрезвычайно неправильному виду лесонасаждений во всех вообще дачах, подвергавшихся в различное время совершенно различным вредным влияниям, столько же затруднительно определить и общий возраст лесов. В дачах встречаются насаждения, достигшие уже более или менее преклонных лет (70, 80 и 90), как некоторые заказные рощи Белоколодезьской, Казинской и часть Уразовской дач; насаждения среднего возраста, — как забережья Пушкарской, 1 и 2-й Казачьих Писцовых, Валуйской, Валуйченской, Липяговской, Богоявленской, Хохловской и Должанской лесных дач; но повсеместно господствуют в них насаждения от 8 до 18-летнего возраста; и потому средний возраст лесов Валуйского уезда можно положить в 15 лет.

При неправильности вида и разнообразии полноты насаждений, древесный запас чрезвычайно неравно смерен. Есть насаждение (в заказных рощах Белоколодезьской и Казинской дач) с запасом 28 и 30 куб. саж. на десятине, но есть и такие насаждения, и при том весьма в значительном количестве, в которых запас не более 1,5 саж. на десятине; например в 1-й и 2-й Писцовых дачах, Самаринской, Староказинской и Липяговской. Общий средний запас по всем дачам и насаждениям вообще 7 куб. саж. на десятине.

Средний общий прирост, на основании предшествующих выводов, составляет не более 117 куб. фут. на десятину, хотя во многих лесонасаждениях древесные породы имеют чрезвычайную растительность; в Ланинской даче, например, дубовые молодники в 3 года достигают до 2,5 и более футов в вышину. Орешник растет еще быстрее.

Определив таким образом средними числами полноту, возраст, запас и прирост лесонасаждений на одной десятине, мы увидим, что в настоящее время во всех 26-ти дачах, составляющих Валуйской Лесничество, древесного материала до 178 000 кубич. саж. с ежегодным приростом 11 866 куб. саж.; присовокупив к сему запас 2 т. десятин, не состоящих под надзором Лесного Начальства, 14 000 куб. саж. с приростом 933 кубич. саженей, получим запас всех вообще лесов в настоящее время в Валуйском уезде 192 000 к. саж. и средний годовой прирост их 12 799 куб. саж.

В настоящее время леса Валуйского уезда повсеместно носят на себе следы неправильного, опустошительного с ними обращения, и, далеко не удовлетворяя нуждам края, служат только печальным доказательством сбережения лесов. Отличительный характер их — неправильность насаждений и чрезвычайно разбросанное состояние дач. Только три узкие лесные полосы тянутся на довольно значительно протяжении: одна вдоль правого берега реки Оскола, другая по правому берегу реки Валуя. Первую составляют дачи: часть Богоявленской, Пушкарская, Валуйская, Зарубинская, и часть Княжевской; вторую первая и вторая Казачьи Писцовые, часть Ланинской и часть Валуйченской лесных дач. На северо-восток от последней полосы идет еще полоса лесная, вмещающая дачи: Чепухинскую, Самаринскую, Никитовскую и Арнаутовскую. Остальные за тем дачи разбросаны по всему уезду; кроме того, каждая из них состоит еще из множества нередко весьма незначительных, и при том обыкновенно удаленных одно от другого урочищ или яруг. Белокодезьская, например, лесная дача, заключающая в 17-ти отдельных урочищах своих всего 305 десятин, разбросана слишком на 30 верстах. Казинская дача, пространством в 217 десятин 1832 кв. саж. (в 14 яругах) тянется более, нежели на 20 верст. Староказинская 10-ю урочищами своими, в которых всего только 179 десятин 1945 саж., разбросана слишком на 20 верст. Должанская, состоящая из 9-ти урочищ, тянется на 15 верст, — тогда как вся площадь ее заключает только 423 десятины 1548 саж., и Двулученская лесная дача, еще при меньшей площади, разбросана на 15 верстах, и т.д.

В Валуйском уезде в настоящее время в заведовании Лесного Начальства состоит 26 лесных дач; в том числе собственно-казенная одна, пространством 698 десятин 2048 саж.; единственного владения государственных крестьян 6 дач, в них 3596 десятин 2261 саж.; общего владения государственных крестьян с частными лицами 17, — в них по документам Лесничества числится 20 967 десятин 2392 саж. Всего по Валуйскому Лесничеству считается лесу 25464 десятины 1686 кв. саж. — Кроме того, в Уезде до 2000 десятин леса, не состоящего под надзором Лесного начальства.

Древесные породы Валуйского Лесничества резко характеризуют лесонасаждения юго-восточного края Воронежской губернии; здесь совершенно нет ни сосны, ни березы, — пород, господствующих в других более северных уездах; а господствуют дуб (Quercus robur) и орешник (Corylus avellana). В смеси с ними, при том обыкновенно единично, редко только вкраплено растут: липа, осина, ясень, клен — трех родов — остролистный (a. platonoides), полевой (a. campestre) и татарский (a. tataricum) вяз, осина, белая ольха, груша, яблонь, рябина, черемха и карагач. Из кустов, кроме орешника, попадаются еще: боярышник (по здешнему барыня), терн, бузина (сведина), калина, лесная вишня (prunus chamaecerasus), крушина (волчья ягода), бересклет, шиповник и дрок.

Хозяйство во всех вообще дачах неправильное: каждая древесная порода, кроме общих сплошных самовольных порубок подвергается еще истреблениям выборочным, удовлетворяя той или другой потребности домашнего быта. В этом случае, достаточно только одного поверхностного взгляда на леса Валуйского уезда, чтобы увидеть степень вреда, претерпеваемого каждою древесною породою порознь, в различных периодах ее существования; ибо не правила науки, но разнообразие частных и односторонних запросов обуславливают продолжительность века той или другой породы. Крестьяне, например, вовсе не рубят грушевых и яблоновых дерев, называя их своими родными деревьями, своими кормилицами, потому что плоды этих дерев, особенно груши, доставляют им весьма значительные выгоды; напротив того, дуб подвержен сильнейшим истреблениям во всех возрастах, принося своею древесиною с самых первых лет до глубокой старости почти одинаково существенную пользу. Липа почти никогда не оставляется на корне далее 15-ти лет, т. е. возраста, после которого она становится уже не так пригодна на лыки; осина не истребляется ранее 15-ти лет, — пока не сделается способна на колья (крестьяне придают высокую ценность осиновым кольям); орешник не рубится ранее 8-ми лет; ибо только с этого возраста он начинает давать превосходный и необходимый материал для плетней.

Считаем теперь не лишним показать относительную важность каждой древесной породы в домашнем быту жителей Валуйского уезда и указать, какие из пород идут наиболее на строевой материал, какие доставляют дровяной лес, и какие особенно важны по своим побочным произведениям.

По общему, весьма ощутительному здесь недостатку в строевом лесе, жители довольствуются обыкновенно употреблением на этот предмет дерев, почти не старее 30, 35 и много 40-летнего возраста, большею частию едва достигших только 4 и 5-ти вершков в поперечнике ствола, и от 5 до 6-ти сажен в вышину.

Деревья, доставляющие преимущественно строевой материал, суть: ива (s. alba et carpaea), осина, дуб и белая ольха.

Ива растет на влажной почве низменных пространств, лежащих по левую сторону рек: Оскола, Валуя, Палатовни и Сенной. Особенно быстрый рост этого дерева, значительно размеров, которых достигает оно в непродолжительном времени (в 25 лет), при совершенной неразборчивости своей в условиях прозябения и, главное, слишком ощутительный недостаток в строевом материале придают иве чрезвычайную важность в лесохозяйственном отношении здешнего края. Дома, построенные из ивы, прочны и легки, и желательно, чтоб на разведение этого полезного дерева было обращено более внимания. Много безлесных и неудобных лугов с пользою и без труда для крестьян могли бы быть употреблены под разведение ивы, которая в весьма непродолжительном времени с избытком вознаградила бы за незначительные пожертвования. Растительность ивы (особенно белой) здесь чрезвычайно велика. Некоторые селения с особенным успехом занимаются разведением ее на лугах своих; более других замечательны в этом отношении рощи, близ села Арнаутова и слободы графа Панина, Венделевки.

Осина, после ивы, более других употребляется на строевой материал. Более значительные пространства занимает она в дачах Белоколодезьской, Казинской и Песчанской, как в чистых насаждениях, так и в смесь с дубом, орешником и другими породами. Быстрый рост, прямизна и правильность ствола ее, при недостатке других, более ценных пород, ставят осину в разряд весьма важных и дорогих лесных дерев при домашних постройках. К сожалению, дерево это в заказных рощах дач Белоколодезьской и Казинской, где оно встречается наиболее, достигло уже 80-летнего и более возраста, и потому быстро исчезает, почти вовсе не давая отпрысков от корней своих. Кажется, долее 60 лет не следовало бы здесь осину оставлять на корне; тем более, что в эти года достигает она уже весьма значительных размеров (до 14 вершков в поперечнике и 10 саж. в вышину). На постройки осина идет с 30 и 40-летнего возраста; кроме того, она употребляется еще на колья (около 15 лет), оглобли (от 15 до 20 лет), и на множество других домашних надобностей. Кора осины с 20-летнего возраста получает совершенно белый цвет, так что издали дерево это легко можно принять за березу.

Белая ольха. На постройки идет с 30 и 40-летнего возраста; растет по низменным пространствам небольшими островками, как в чистых насаждениях, так и в смеси с ивою и некоторыми кустарными породами. Более значительные пространства занимает она в дачах Хохловской, Богоявленской и Жерлиценской.

Дуб. — В лесах, в размерах строевого дерева хотя и встречается, и притом в более значительном количестве, нежели три предыдущие породы, но употребление его на постройки гораздо ограниченнее. Дуб строевой занимает более значительные пространства в заказных рощах дач: Белоколодезьской, Казинской, и в забережьях первой и второй Казачьих Писцовых, Пушкарской, Валуйченской, Валуйской, Богоявленской и Уразовской. В постройках он имеет самую высокую ценность, и для этого кряжи его, кроме самовольно вырубаемых в дачах, привозятся сюда из Курской губернии (Новооскольского уезда). Дуб с самого первого возраста своего до глубокой старости подвержен всевозможным истреблениям, и потому насаждение его повсюду уничтожаются преимущественно пред другими породами: с самых первых лет он страдает более других дерев от потравли скотом; с 5 и 6-летнего возраста дает самый дорогой дровяной материал; с 10 лет рубят его на плетни; с 15 и 18 лет дуб дает превосходный кол; в 25 лет идет он на ось; кроме того, необходим в разных ремеслах, так что ему редко дают времени устоять на корне до возраста, в котором бы достиг размеров бревна, пригодного для постройки. Между тем, здания, возведенные из дуба, имеют прочность изумительную: до сих пор в городе Валуйках совершенно сохранился дом, в котором около 1702 года жил Петр Великий. Дуб составляет здесь едва ли не половину всего насаждения, но большею частию молодого возраста. Замечателен предрассудок, существующий здесь относительно времени рубки дуба: крестьяне преимущественно истребляют его в первых числах каждого месяца, полагая, что будучи срублен в другое время, он тотчас подвергается червоточине. Они называют дуб царь-деревом.

Размеров строевого дерева хотя достигают кроме помянутых и другие древесные породы, но они по своей малочисленности в лесах Валуйского уезда доставляют весьма мало строевого материала и преимущественно вырубаются в молодом возрасте на дрова, так что почти вовсе не вырастают строевыми деревьями.

Клен (a. campestre, platonoides et tataricum) встречается вообще мало, всегда в смеси с дубом или орешником, — двумя господствующими породами. Чаще других видов попадается черноклен (Татарский клен), который в заказной яруге Казинской дачи — Малой Яртарской — произрастая в чистом насаждении, достиг уже 50-летней старости, и имеет размеры строевого дерева. На постройки клен вообще идет мало. Говорят, что прежде его было более по всем дачам вообще.

Ясень, попадаясь еще реже клена в ореховых и дубовых насаждениях, на более низких местах, еще менее доставляет строевого материала. Вместе с кленом он составляет необходимый лесной материал во многих мастерствах.

Вяз попадается также изредка, единично в смешанных насаждениях, на почве свежей, глубокой черноземной. В заказных рощах Белоколодезьской и Казинской дач, дерево это при 70-летнем возрасте имеет весьма значительные размеры. Вяз и карагач высоко ценятся в экипажном мастерстве. Последний в 15 и 20-летнем возрасте дает превосходные ободья для колес.

Липа, будучи повсеместно подвержена сильнейшим истреблениям в молодом возрасте, только в заказных рощах имеет несколько представителей, достигших 50 и 60 лет. С 8-ми и 10-летнего возраста дерево это истребляется уже на приготовление из луба ее лык, и здесь нельзя не обратить особенного внимания на чрезвычайно нерасчетливое обращение с липой. Из 15 деревец 8 и 10-летнего возраста выходит одна только пара лаптей, стоящая на месте не более 4 коп. серебр. Кроме того, самые лапти, вообще весьма неискусно здесь приготовляемые, чрезвычайно непрочны; — самые лучшие и дорогие не носятся более двух недель.

Древесина груши и яблони несмотря на высокие качества свои и довольно значительное распространение пород этих, вовсе ни на что не употребляется; ибо деревья эти тщательно сберегаются жителями для пользования плодами.

Рябина в самом незначительном количестве попадается только в 1-й и 2-й Казачьих Писцовых дачах, не имея никакой особенной важности.

Черемха встречается еще реже.

Из кустов первое место занимает:

Орешник (corylus avellana), — лешняк, лещина. Порода эта господствует в лесах Валуйского уезда. Насаждения ее, иногда чистые, иногда смешанные, встречаются повсеместно, во всех дачах, на всех родах почвы. Ореховый хворост с 10-летнего возраста составляет превосходный и необходимый в здешнем краю материал для плетней. Достигши 20 и 25-летнего возраста, порода эта засыхает и валится, особливо в чистых насаждениях. Как топливо, орешник ценится почти вдвое ниже дубового хвороста.

Боярышник, барыня, при всей незначительности своей, имеет некоторую важность по высокой ценности более толстомерных стволов, которые употребляются при устройстве шестерни в водяных мельницах. Крестьяне приписывают боярышнику необыкновенную прочность.

Калина, крушина, бузина и особенно терн, встречаясь иногда на довольно значительных пространствах, не имеют однако никакой важности в лесохозяйственном отношении, кроме того только, что вместе с шиповником и дроком доставляют пчеловодам превосходные средства к содержанию в лесах пасек.

Бересклет растет только в виде подлеска. Незначительное деревцо это имеет здесь свое особенное назначение: оно преимущественно пред всеми прочими породами идет на деревянные гвозди и клинья.

Главнейшие побочные произведения, доставляемые лесом, суть плоды груши и ореха.

Грушевое дерево, особенно уважаемое крестьянами, доставляет им весьма значительную выгоду. Пуд сушеных груш на месте стоит от 40 до 45-ти коп. ассигнац.; для сушки груш в большом количестве крестьяне устраивают в лесах особенные сушильни. Грушевое дерево в среднем возрасте дает от 2 до 5-ти пудов груш. Полагая на каждой десятине в лесах Валуйках уезда по 10 таковых грушевых дерев, и средним числом, на каждом дереве по три пуда груш, ценою по 40 коп. ассигнац. за пуд, выходит, что дерево это доставляет жителям 823 920 пудов, на сумму 329 568 руб. ассигнац. Сбыт груша имеет в Ростов и Таганрог, где, как говорят крестьяне, она продается от 25, до 20 и 40 коп. серебр. за пуд.

Орех доставляет жителям едва ли не более легкий и верный доход, ибо урожай его повторяется чаще. Десятина чистого орехового насаждения дает по 16 пудов орехов. Орешник чистый и смешанный занимает в Валуйском лесничестве не менее 8 т. десятин, следовательно, кустарник этот дает обыкновенно около 128 000 пудов или 16 т. четвертей орехов. Цена их в уезде от 80 коп. до 1 руб. 30 коп. ассигнац. средним числом 30 коп. серебр. за пуд; за 128 000 пудов 38 400 руб. серебр.

Яблоки лесные не доставляют крестьянам почти никаких доходов, ибо не имея никуда сбыта, они здесь почти вовсе не принадлежат к предметам торговли. В забережьях некоторых селений, где крестьяне прививают яблоновое дерево, оно приносит им для домашнего обихода весьма много отличного качества плодов. — В этом отношении заслуживают особенного внимания забережья деревень Шушпановой, Сухаревой, Ситниковой, Яблоновой и Слободы Ореховой.

Плоды терна, черемхи, лесной вишни и прочих плодовых дерев вовсе не имеют сбыта, и почти не собираются крестьянами.

К побочным произведениям лесов должно отнести и некоторые травы, добываемые крестьянами; из них особенно замечательна серпий и марена.

Примечание. Кроме того в Пушкарской даче, в овраге Каменный яр, находится грубый известняк; но так как весь запрос на него ограничился только несколькими саженями при закладке в городе Валуйках — лет восемь назад — нового Собора, то и разработка его в настоящее время не производится.

Причины бывших лесоистреблений весьма различны, хотя большою частию относятся к временам уже давно прошедшим:

  1. До 1799 года, пока леса не поступали еще в заведование Лесного Начальства, — они составляли достояние общественное, и само собою разумеется, что истребление их в то время не имело ни меры ни границ. До сих пор еще рассказывают крестьяне о продаже за самую ничтожную цену целыми десятинами дубовых кряжей Белгородским и другим промышленникам.
  2. Потом крестьяне, узнав, что леса поступают под надзор особого Лесного Начальства, окончательно истребили их, стараясь заготовить для себя по крайней мере на будущее время множество лесного материала. Таким образом в заведование Лесного начальства поступили дачи почти совершенно обезлесенные.
  3. Чрезполосное состояние большей части дач: ни крестьяне государственные, ни частные лица не убеждены в неотъемлемости прав своих на владение в дачах общих. Часто бывали случаи, что дача, сбереженная крестьянами, по решениям судебных мест, присуждалась помещикам, и истреблялась ими совершенно; вслед за тем, по жалобам крестьян, отнятые от них особняки возвращались опять в заведование Лесного Начальства, до нового решения дела. Особенно сильно пострадали от таких переходов дачи Чепухинская и 2-я Казачья Писцовая.
  4. Разбросанное состояние лесных дач составляет чрезвычайно важную причину истребления оных, затрудняя за ними надзор. Ни одно из урочищ, показанных на прежних планах (снятых в 1780 годах), в настоящее время не имеет никакого сходства с фигурою своею в натуре. Каждое из урочищ, находясь обыкновенно посреди поля, с каждым годом более и более расчищалось со всех сторон. От сего лесная площадь почти незаметно с каждым годом все более и более уменьшалась; — этому способствовало еще и то, что землемеры генерального межевания не выкапывали и не были обязаны рыть межевых ям около лесов, где таковые находились внутри общей межи одной дачи поземельного владения.
  5. Посреди многих лесных дач еще задолго до генерального межевания заселились крестьяне целыми деревнями; и нет сомнения, что впоследствии, при размножившемся народонаселении, деревни эти более и более уменьшали лесную площадь. — Не лишним считаем сказать несколько слов о займах и забережьях лесных. Так называют крестьяне паи, самовольно выделенные с незапамятного времени еще предками их. Забережья эти, примыкая непосредственно к садам и огородам, соединяют крестьянские дворы с лесом. Забережья имеют крестьяне, живущие и не внутри лесов: привыкнув считать их своею собственностию, несмотря на самые строгие меры местного Лесного Начальства, не допускают даже Лесной стражи к охранению оных, обводят около них плетни и воображают владеть ими на праве собственности.
  6. Неминуемые следствия водворения крестьян внутри дач суть: пастьба в них скота и удобство к самовольным порубкам; первое обстоятельство становится тем важнее, что в уезде многие и не внутри леса лежащие селения, самый город, вовсе не имеют выгонов; второму обстоятельству способствуют весьма частые базары и ярмарки.
  7. Некоторые дачи особенно сильно терпят от устройства около них водяных мельниц, плотин, затопляющих почву. Вредное влияние это более других заметно на Хохловской лесной даче, насаждения которой от плотины, устроенной на реке Оскол, чрезвычайно сильно изрядились; в одном урочище даже, вместо показанного по полку генерального межевания дуба, растет теперь один только камыш, и дуб по всей вообще даче заменился ольхою.

Поручик Вицинский.